Застенчивость

Самой большой проблемой в газете была моя застенчивость. Один на один с человеком я был свободен и не робел, но прийти в нарядную, где сидят тридцать-сорок человек, и начальник участка или его зам честят своих подчиненных за их провинности в предыдущих сменах, грозят, кому лишением премии, кому увольнением — там атмосфера была непростой. Одно появление корреспондента давало повод для разрядки, уместных и неуместных шуток. Но другого времени, кроме наряда, не было, чтобы поговорить с нужным человеком бригады. Чтобы за несколько минут узнать что-то важное и интересное о работе собеседника, мне нужно было хорошо знать эту работы в целом. Поэтому волей-неволей учился разбираться в людях, как к кому подойти, разговорить. С большим трудом преодолевал я свою застенчивость, унаследованную с деревенского детства. Так и не научился свободно выступать перед людьми, всегда волновался, перестраховывался, заготавливая и запоминая фразы, тексты. Из-за этого не любил задавать вопросы на пресс-конференциях. Задавал их только тогда, когда интересующая меня тема не была затронута другими. Позднее у меня будут поводя поговорить об этом.

Почти безнадежным делом было подходить к людям, когда они поднимались на поверхность со смены. Они бежали по коридору из клети сломя голову, мимоходом набирали газировку во фляжки, на ходу пили и стреляли сигаретки. В шахту везти ни сигарет, ни спичек, ни зажигалок нельзя из-за опасности взрыва. У клети стояли дежурные, которые бесцеремонно ощупывали горняков, спускавшихся на смену, чтобы по забывчивости не оказалось в кармане того и другого. Один старик семидесяти с лишним лет стал символом шахтерского контроля. Его, усатого, представительного, с удовольствием фотографировали для газет. Он тем и жил, холя свои седые усы. Мне он не понравился своим высокомерием.

Из шахты горняки выскакивали чумазые, как черти. Первое время я даже Бориса не узнавал, настолько меняла его лицо въедавшаяся угольная пыль. Только по невысокому росту, да походке, а также по улыбке я догадывался, что это он, делал шаг навстречу:

− Это ты Боря?

Покурив, горняки бежали в душевые, сбрасывали в стирку робы и белье, отмывались. Из раздевалки выходили в своей обычной одежде, только ресницы и веки чернели, как подведенные, да волосы торчком из-за воды, настоенной на подземных солях. Вода выкачивается с нижних горизонтов, плоховато очищается, а после использования в душевых, отстаивается и подается снова. С питьевой водой в Донбассе тоже плоховато. По крайней мере, так было в нашу бытность.

Отмывшись, семейные горняки торопились по домам, холостяки — в столовую и общежитие. Задерживать их для каких-либо разговоров в это время было грешно.

Через год после моего приезда Борис и Василий перешли на шахту «Мушкетово-Вертикальная». Часа два требовалось мне, чтобы добраться до Бориса. Часто, выпустив в пятницу газету, я отправлялся к Борису, и если у него не было смены, мы вместе проводили выходной. Это были замечательные дни. Мы ходили в кино, раза два — на матчи футбольного клуба «Шахтер», проводили по полдня в городском парке с аттракционами.

Автор Галкин Игорь Александович. Содержание воспоминаний.

Предыдущая глава:
Фельдшеры подземного медпункта
← + Ctrl
Следующая глава:
Приезд в Домбас папы и Фаины
Ctrl + →
Воспоминания папы
Застенчивость
Напишите письмо
© Галкин Вадим. 2007−2015.      Яндекс.Метрика

Портфолио

Коттеджный поселок «Медное»

Тверское городское БТИ

АН «Наш Дом»

Книги

Воспоминания папы

Учебник для заказчика сайта

Учебник для учителя

Интернет торговля

Рассылка email-писем с ePochta

Популярность покупок в Интернете сегодня

Торговля товарами из Китая — идея для заработка в Интернете

Моби-С: 1С на планшете

Мысли о веб-дизайне

Как создать шаблоны для сайтов с помощью фотошопа?

Секреты юзабилити интернет-магазинов

Изготовление пластиковых карт в Москве: как осуществляется печать изделий

О продвижении сайтов

Аудит сайта – как не дать порталу исчезнуть

Методы продвижения сайтов

Создание и продвижение сайтов