Девятый Б

В новом классе меня приняли доброжелательно. Школьные программы я осваивал хорошо, но не считал нужным выпячивать знания и никогда не поднимал руки, если сам учитель не спрашивал или не приглашал к доске. Ребятам это тоже нравилось.

Сам Михаил Федорович преподавал историю и однажды начал гонять класс по хронологии — датам, связанным с большими историческими событиями, с жизнью царей и видных деятелей России. Когда не оказывалось поднятых рук, директор спрашивал меня. В конце опроса он уже только спрашивал меня, я — отвечал. Это было представлением для класса. Кажется, я ни разу не сбился. Заканчивая урок, директор пригласил меня в кабинет. Там спросил:

— Ты не хочешь поступить в Архангельский пединститут на исторический факультет? Там у меня есть знакомые — помогут.

— Я боюсь педагогики. Я нервный и могу не сдержаться, если выведут из себя некоторые ученики.

— Нервы... Рано думать о нервах. А кем ты хотел бы стать.

— Думаю, журналистом.

— Значит, университет. Постарайся закончить школу на медаль.

Этот разговор запал в душу. Подумалось, если что — останется вариант учителя.

Не скажу, что все предметы мне давались легко. Физику и химию я зубрил настолько, чтобы прилично отвечать у доски, писать контрольные, но не больше того. Преподавали их две женщины без всякого энтузиазма и выдумки — все в пределах формулировок задачника. Как не вспомнить тут физичку в санатории, рассказывавшую о природе электричества. Химия без лабораторных опытов превращалась для меня в пустой набор абстрактных обозначений. Я где-то вычитал, что у людей два способа мышления — логическое и ассоциативное. С первым легче изучать математику и естественные науки, у вторых больше склонность к гуманитарным наукам, к художественному творчеству. Видимо, я относился ко вторым. Так что меня математика не увлекала, но выручала та же зубрежка. Нравилась геометрия, которую, как и математику, преподавала учительница по фамилии Балала. О ней в школе ходили разные сплетни, но она ходила с таким чувством собственного достоинства, что не могла не вызывать уважения. Геометрия и тригонометрия давались легко, может, потому что тетраэдры, пирамиды и конусы видны наглядно. Геометрия мне вообще нравилась. Также как черчение.

Но, конечно, самым любимым предметом была литература. Если в девятом классе учительница преподавала ее плоховато, примитивно, то в десятом пришла молодая выпускница учительского института из местных — Дина Дмитриевна Помешкина (в замужестве — Прокуронова). Она вела занятия с большой увлеченностью и особенно важно, что следила за всеми литературными процессами того времени, умела провести «связь времен». Школьные сочинения мне давались легко. Когда построение сюжета, всего текста не вызывают трудностей, то легко уходить и от подводных камней, которые всегда кроются в грамматике. Не уверен в правильном написании того или иного слова, замени его другим или иначе построй фразу — русский язык настолько богат, что позволяет всегда найти обходной вариант. Это меня всегда выручало вплоть до 90-х годов, когда в компьютеры сами выявляют ошибки в написании общеупотребительных слов.

Автор Галкин Игорь Александович. Содержание воспоминаний.

Предыдущая глава:
Девчачий девятый А
← + Ctrl
Следующая глава:
О знании языка в совершенства
Ctrl + →
Воспоминания папы
Девятый Б
Напишите письмо
© Галкин Вадим. 2007−2015.      Яндекс.Метрика

Портфолио

Коттеджный поселок «Медное»

Тверское городское БТИ

АН «Наш Дом»

Книги

Воспоминания папы

Учебник для заказчика сайта

Учебник для учителя

Интернет торговля

Рассылка email-писем с ePochta

Популярность покупок в Интернете сегодня

Торговля товарами из Китая — идея для заработка в Интернете

Моби-С: 1С на планшете

Мысли о веб-дизайне

Как создать шаблоны для сайтов с помощью фотошопа?

Секреты юзабилити интернет-магазинов

Изготовление пластиковых карт в Москве: как осуществляется печать изделий

О продвижении сайтов

Аудит сайта – как не дать порталу исчезнуть

Методы продвижения сайтов

Создание и продвижение сайтов